Три дня с Фергюсоном


Все статьи сайта




Спецпроект Бей-беги присоединяется к поздравлениям с юбилеем сэра Алекса.
Reuters REUTERS31 ДЕКАБРЯ 2011, 08:42
"Левый защитник их команды вел жесткую борьбу со мной. Но когда мы вместе завалились на газон, этот ублюдок меня ударил". Дебютный матч Алекса Фергюсона в футболке Куинз Парк складывался довольно неплохо, пока один из соперников не устроил парню боевое крещение. Семнадцатилетний футболист, воспитанный на серых рабочих улицах Гована, подобный жест принялся за оскорбление. "Почему ты не можешь с ним справиться? – в перерыве обратился к юноше менеджер. – Он тебя ударил? Ну, так врежь ему в ответ!"  "Почему ты не можешь с ним справиться? – в перерыве обратился к юноше менеджер. – Он тебя ударил? Ну, так врежь ему в ответ!"
 
С этого момента и до самого конца игровых дней Алекса Фергюсона излюбленным оружием шотландца на футбольном поле станут его локти – резкие и сильные телодвижения станут лучшей защитой от соперников, желающих отобрать мяч у Алекса. Помимо них, в арсенале Ферги всегда были  поучения для каждого из партнеров – только окрепнув и завоевав авторитет, Фергюсон начал раздавать советы партнерам. Казалось, что на поле он не замолкал ни на секунду, и Алекс точно знал, как должен был поступить любой из игроков в той или иной ситуации. "Слушать его во время игры – целая наука", - вспоминает Томми Малком, один из шотландских футболистов того времени. Он, кстати, никогда не играл с Фергюсоном в одной команде – только против.
 
Все это очень успешно и, главное, гармонично трансформировались в сформированной личности Алекса Фергюсона. Способность замечать невидимые другим вещи и умело пояснять их соединились с крепким мужским характером, способным дать отпор любому Альтер-эго современного футболиста. Впрочем, вопрос давно стоит по-другому – способны ли они давать отпор шотландскому характеру?
 
К семидесяти годами образ человека, как правило, рисуется в одном тоне, редко переливаясь слегка заметными оттенками. Фергюсон уникален и здесь: загадка этого человека не разгадана до сих пор, и любой, кому хоть раз в жизни посчастливиться пересечься с тренером Манчестер Юнайтед, может вынести из этой встречи диаметрально противоположные чувства. Что говорить, если даже журналисты, видящие сэра Алекса три дня в неделю, не могут определиться в своих чувствах к его персоне – идентично у них лишь безграничное уважение. А также страх. Момент, когда обозленный Фергюсон спускается в зал пресс-центра из своего кабинета, способен пробудить желание взывать к помощи, или сразу же упасть на колени, попросив пощады. "Буду ли я смотреть матчи чемпионата мира? Слушай, я же не спрашиваю тебя, продолжаешь ли ты ходить по этим с…м гей-клубам?"  "Фергюсон уникален и здесь: загадка этого человека не разгадана до сих пор".
 
Он знает и помнит почти каждого из них, в каких бы отношениях не находился с изданием и конкретным человеком. Разъяренному Ферги ничего не стоит утром после игры набрать главного редактора национального издания и потребовать принять меры по отношению к корреспонденту, написавшему "чушь" об игре команды. Иначе – Фергюсон его просто уволит.
 
Подобная озабоченность реакцией СМИ на его достижения интересна в свете "ореола недоступности", который Фергюсон создавал себе на протяжении многих лет. Журналисты вынуждены через десятые руки выходить на послематчевые комментарии менеджера, говорящего исключительно с клубным каналом Манчестер Юнайтед. Подтрибунный тоннель Олд Траффорд похож на частное владение Ферги, на его крепость, вход в которую дозволен либо его подчиненным, либо его гостям. Без приглашения туда не войдет никто: пресс-аташе лондонского Арсенала однажды попыталась провести в раздевалку к Арсену Венгеру журналистов "The Times", которые попались на глаза Ферги. "Что эта б…ь делает в моем туннеле?!"
 
Порой, чтобы попасть в число его врагов, не нужно даже писать неугодный Фергюсону материал или задавать глупый вопрос на пресс-конференции. Один из британских журналистов – мужчина за тридцать, женатый человек и отец двух детей, еще не успел встать и произнести вопрос, как уже поразил сэра Алекса своим юным внешним видом. Ответ Фергюсона начинался с реакции на внешность репортера. "Господи Боже! Вы их сейчас прямо со школы забираете?"
 
Пережив атаку стальным взглядом, вы вернетесь в тот же пресс-центр на второй день и обнаружите совершенно другого Фергюсона. Он спустится из своего кабинета, напевая один из джазовых стандартов, после чего с улыбкой пожмет руку знакомым лицам на пресс-конференции. "Человек, обладающий сердцем размером с трофейную комнату Олд Траффорд", - написал один из биографов Фергюсона. Мало кто знает, но менеджер Манчестер Юнайтед был первым сторонним человеком, приехавшим поддержать ливерпульцев после трагедии на стадионе Хиллсборо. Усиленно постаравшись скрыть свой визит от представителей прессы, он пожертвовал круглую сумму в фонд помощи жертвам трагедии."Журналисты, ставшие его идеологическими врагами не меньше, чем представители Мерсисайда, находят уважение в словах и поступках Фергюсона".
 
Журналисты, ставшие его идеологическими врагами не меньше, чем представители Мерсисайда, находят уважение в словах и поступках Фергюсона, также заведшего немало друзей среди английских акул пера. В 2003 году у журналиста издания "Manchester Evening" Дэвид Мика обнаружили рак, и он с огромной благодарностью вспоминает о поддержке, оказанной Фергюсоном. "Я должен был сообщить Алексу о том, что впервые за шестнадцать лет не смогу написать его предматчевые высказывания для программки к матчу. Он хотел знать причину, и я признался ему, что отправляюсь на операционный стол. Он посмотрел мне в глаза и произнес ровно то, что я желал услышать: "Ты с этим справишься". В больнице меня уже ждал огромный букет от него, а спустя неделю, когда я отлеживался дома после операции, у меня зазвонил телефон. Он даже не представился, а его жизнеутверждающий голос выдал фразу вроде: "Шотландская тварь уже в пути!" Через двадцать минут он был у моей двери. Он не должен был делать этого, он очень занятой человек, это была середина сезона, все обсуждали возможный уход Бекхэма, но он нашел время для этого визита. "Ты никогда не угадаешь, в чем пришел этот Бекхэм на тренировку сегодня. На нем был кроваво-красный спортивный костюм, и выглядел он как Гари Глиттер!" Мы прекрасно провели тот вечер, общались о футболе, о наших семьях, и я никогда не забуду, каким добрым и заботливым он был".
 
Поддержка Фергюсона распространяется не только на его друзей и знакомых, но и людей, ни разу в своей жизни не видевших великого менеджера. За несколько недель до своей смерти знаменитый снукерист Пол Хантер получил по почте видеообращение от менеджера Манчестер Юнайтед. В нем сэр Алекс говорил о том, что Хантер должен гордиться своими спортивными достижениями и тем мужеством, которое он проявил в борьбе с раком. "Он никогда не встречал Пола, но это послание было очень благородным и сердечным, - вспоминает вдова спортсмена, ушедшего из жизни в 27 лет. – Он выглядел очень добрым человеком. Он говорил, что Пол – особенный человек, гордый йоркширец. Он признался, что молится за него и знает, какой он хороший парень. Все, что мы знали о Фергюсоне – что он тот заведенный футбольный тренер из телевизора, а он явился перед нами добрым и заботливым человеком, что очень тронуло и меня, и Пола".
 
Его телефон редко лежит в кармане без дела. Сейчас Фергюсон может давать указание одному из помощников – пожертвовать средства для благотворительного фонда или отправить подбадривающий набор из букетов и открыток травмированному футболисту чужой команды, а через полчаса он будет вызванивать кого-то из молодых тренеров, попавших под давление прессы, руководства или болельщиков. Фергюсон, знающий о футболе все, не обойдет стороной ни одного коллегу, оказавшегося в беде – и его добрый совет будет не формальностью, а искренний заботой человека, выросшего в общинной среде рабочих. Встречая отца с работы, Алекс нередко терялся в толпе – все мужчины носили идентичные кепки, подчеркивавшие равенство бедных людей Гована.
 
Придя на встречу с Фергюсоном в третий день, вы больше не будете пытаться залезть в его душу и понять, насколько добрый или злой человек спустился из своего кабинета в пресс-центр. Перед вами предстанет интеллект – величайший футбольный тренер, знаток мировой кухни и редкий винный специалист, играющий на фортепиано.
 
И нужно просто поблагодарить судьбу за то, что вам удалось хотя бы на расстоянии провести эти три дня в компании семидесятилетнего гения.
 
Иван Громиков, специально для Бей-беги






История британского футбола в статьях