Кто первым бьет, тому не больно


Все статьи сайта




Football.ua представляет новый материал нашей специальной рубрики Бей-беги.
Уилф Коппинг УИЛФ КОППИНГ26 ИЮЛЯ 2010, 09:44
Герберт Чепмэн старался казаться спокойным и великодушным. "Такое случается время от времени, поэтому мне остается сказать своим ребятам, чтобы они не падали духом, а соперника поздравить с успешной игрой". Репортеры старательно записали слова прославленного менеджера Арсенала, самой успешной команды 1930-х годов, но мало кто из них тогда знал, что на самом деле происходило в раздевалке Канониров. Ведь то было отнюдь не рядовое поражение. Арсенал, который не имел себе равных в Англии, безоговорочно уступил в кубковом поединке Уолсоллу, середняку третьего дивизиона. Соперник действовал зло и решительно, и лидер Канониров Клифф Бастин вспоминал, что в первые десять минут матча игроки Уолсолла "раз десять нарушили правила". А потом в середине второго тайма в ворота Арсенала влетело два подряд гола – после подачи углового и с пенальти. 

Насколько Чепмэн был зол, поняли спустя неделю, когда резервист Томми Блэк, сыгравший в том матче из-за травмы основного левого защитника Эдди Хэпгуда, был продан в Портсмут. Блэк оказался главным виновником в обоих пропущенных мячах, и Чепмэн не хотел видеть в команде человека, который напоминал ему о провале. Достаточно было газетных заголовков: "Аристократы стоимостью 30 тысяч фунтов уступают безвестной команде, все игроки которой не стоят вместе и ста фунтов!" Своему помощнику Джорджу Эллисону Чепмэн сказал только одно: "Мистер Эллисон, пришло время строить новую команду. За три сезона мы выиграли Кубок, потом играли в финале, становились чемпионами и занимали второе место. Но вы ведь знаете, что лондонцев называют "южными неженками"? Так вот, я не хочу дожидаться, когда так будут называть мою команду. Поэтому нам нужны жесткие парни – такие как Уилф Коппинг из Лидса".

Спустя год после поражения от Уолсолла, в январе 1934 года, Герберт Чепмэн скоропостижно скончался, однако Джордж Эллисон хорошо помнил тот разговор, и вскоре за 8 тысяч фунтов приобрел "жесткого парня из Лидса". 

Уилф Коппинг напоминал внешним видом боксера в среднем весе. Некоторые считали, что он гораздо органичнее смотрелся бы на ринге, чем на футбольном поле. Крепко сбитый, мускулистый, он носил прозвище The Iron Man ("Железный Человек"), которым его наградили не журналисты и не болельщики, а футболисты, на себе почувствовавшие прелесть встречи с Коппингом. Какой бы ни была его мимика, в чертах лица читалась неприкрытая угроза – следствие двух непростых переломов челюсти. Рассказывали, что однажды, столкнувшись на поле с достойным противником, Коппинг получил перелом челюсти сразу в четырех местах, но, не придав этому значения, доиграл до конца поединка. Всегда небритый в день матчей, Уилф перед выходом на поле в тесном туннеле буравил глазами своего оппонента и часто выигрывал свой мини-поединок уже тогда –ничего не сделав и не проронив ни слова. 

Он родился в небольшом шахтерском поселке недалеко от Барнсли, в Йоркшире, в обычной рабочей семье – многочисленной и вечно нуждающейся. Местный профессиональный клуб Барнсли не проявил к нему особого интереса, и с 14-ти лет Уилф работал на одной из самых опасных шахт. Впрочем, он даже не задумывался о другой жизни. Уилф едва ли не с самого рождения воспринимал работу шахтера как нечто естественное и неизбежное для себя. Почти каждодневные обвалы, затопления и взрывы  газа ничуть не останавливали его – шахтер Коппинг быстро заработал репутацию добросовестного и умелого работяги. Футбол для него был чем-то вроде отдыха, и даже когда в 1929 году почти 20-летнего Уилфа пригласил Лидс Юнайтед, из чувства долга он не бросил опасную и тяжелую работу. 

Место в стартовом составе Лидса, который в то время курсировал между первым и вторым дивизионами, выступавший в полузащите Коппинг завоевал достаточно быстро и легко. Никто в команде не мог, да и не смел, составить ему конкуренцию. Однажды менеджер Лидса Дик Рэй решил вдруг пригласить на просмотр сразу трех игроков средней линии, но уже до конца первого тайма тренировочного матча двое из них в столкновениях с Коппингом получили тяжелые травмы. Отныне никто не спешил занять место Уилфа. Его побаивались даже товарищи по команде, четко усвоив, что в раздевалке следует выполнять требования Коппинга – в первую очередь, речь шла об абсолютной тишине. Уилф сосредоточенно обувался – обязательно начинал с правой ноги, затем некоторое время сидел, глядя в одну точку. Выходя на поле, он должен был оказаться шестым. И не дай Бог кому-то хотя бы в шутку попробовать нарушить одно из этих условий! Уже в Арсенале Тед Дрейк, такой же новичок, что и Коппинг, втиснулся в ряд перед ним – шестым. В тот же миг он почувствовал, как его шею обхватили стальной хваткой. Затем Коппинг прошипел: "Только попробуй сделать подобное еще хотя бы раз, и я вышибу тебе мозги". Дрейк поспешил заверить, что он "все понял", а это была "просто шутка".

В ноябре 1934 года Коппинг, Дрейк и еще пятеро игроков Арсенала приняли участие в матче с чемпионами мира итальянцами. В историю футбола этот поединок вошел под названием "Битва на Хайбери". Англичане победили со счетом 3:2, забив три мяча в стартовые 12 минут. Однако на первый план тогда вышел отнюдь не футбол. Уже никогда не установить "кто первый начал", скорее обе команды собирались проверить соперника "на крутость", ведь итальянцы тоже имели репутацию любителей жесткой, контактной игры. Для Уилфа Коппинга этот поединок стал звездным часом. Столкнувшись с ним плечом в плечо, соперник чувствовал себя так, словно в него врезался бетонный дом, а подкаты двумя ногами, выполняемые Уилфом, вышибали дух из любого. Разное говорят, кто именно сломал главного "крутого парня" сборной Италии – Луиджи Монти, знаменитого "буйвола пампасов", однако, скорее всего, им был Коппинг – это была "грязная работа" как раз для него. 

Еще совсем молодой правый нападающий Стэнли Мэттьюз тоже принимал участие в "Битве на Хайбери". Он убедился – какое это счастье, что хотя бы в сборной он играет в одной команде с Коппингом. В матчах чемпионата, когда Мэттьюз защищал цвета Сток Сити, ему от "железного Уилфа" доставалось регулярно. "Показываю влево, показываю вправо, а он не реагирует – вообще, – вспоминал сэр Стэнли. – Только я собрался предпринять следующий маневр, как валялся в грязи, схватившись за колено – Коппинг просто пошел прямо на меня, отобрал мяч, а я отлетел в сторону. Боль жуткая, но слышу, как надо мной склоняется Фрэнк Хилл и кричит: "Уилф, он еще дергается – добей его потом!" Но я не жаловался – все было чисто, в рамках правил. Да и как вы будете жаловаться, если столкнулись с железной опорой?" Похоже, именно так считали и арбитры, потому за всю карьеру Коппинга ни разу не выгоняли с поля, ему даже не выносили предупреждение! 

Билл Шенкли был тоже парень не промах, но ему повезло меньше, чем Мэттьюзу, потому что против Уилфа Коппинга он играл не только в клубе, но и в сборной. "До сих пор у меня одна лодыжка толще другой – это после "теплой встречи" с Коппингом. Нет, он играл чисто, просто очень жестко, по-настоящему. Жалею только об одном – Уилф закончил карьеру раньше, чем я успел вернуть ему должок", – переживал великий менеджер Ливерпуля.

"Кто бьет первым, тому не больно", – любил повторять Коппинг. Впрочем, говорят, он обладал точным и острым первым пасом, что особенно ценно было для Арсенала, строившего свою игру на умении совершить быстрый переход из обороны в атаку. Иначе Уилф не играл бы в команде, с которой дважды становился чемпионом и выигрывал Кубок. Забивал ли он сам голы? В Лидсе, в 183-х матчах, это "недоразумение" случилось с ним четыре раза. В Арсенале (189 матчей) и сборной (20 матчей) он себе подобного не позволял.

Коппинг четко усвоил свое предназначение на поле – отобрать мяч, нейтрализовать самого опасного игрока противника. Не нужно никого калечить, просто достаточно показать, кто здесь хозяин. Так Уилф усмирил не одного яркого исполнителя того времени, и болельщики на Хайбери иногда просили Коппинга "не трогать", оставить им возможность "насладиться зрелищем". Только он не обращал внимания на их просьбы, а на чужих стадионах, когда в его адрес неслись уже проклятия, мог и ответить: "После игры останешься, умник?" Никто не оставался, конечно же. "Есть такие "крутые парни", которые на чужих стадионах ведут себя тише воды ниже травы, – уверял Билл Шенкли. – Но Уилфу было все равно, и он мог въехать в тебя двумя ногами даже на заднем дворе твоего собственного дома!"

После войны Уилф Коппинг некоторое время был тренером целого ряда клубов. Энди Холлидей, игрок одного из них – Саутэнда, вспоминал: когда Коппинг работал с ними,  "никто не смел симулировать травму". Клифф Джонс, вингер Тоттенхэма 1960-х, рассказывал, как на одном из мероприятий познакомился с Коппингом, которому было уже хорошо за пятьдесят: "Он утверждал, что в свое время мог бы спокойно перекусить меня пополам, а когда я решил посмеяться по этому поводу, он просто предложил ударить его со всей силы в живот. Мне кажется, я даже послышал звон – как будто бил по стальной бочке. "Крутые парни" настоящего и будущего, вам крупно повезло, что вы не играли в эпоху Уилфа Коппинга!"

Алексей Иванов, специально для Бей-беги






История британского футбола в статьях