Идеальный герой Тайнсайда


Все статьи сайта




Football.ua в рамках спецпроекта Бей-беги рассказывает о лучшем бомбардире в истории АПЛ Алане Ширере.
Алан Ширер АЛАН ШИРЕР15 НОЯБРЯ 2010, 14:30
Эпизод в матче Ньюкасл – Манчестер Юнайтед в сентябре 2001 года стал историческим и породил  споры на тему "а если бы они все-таки столкнулись?", но что еще важнее – здорово проиллюстрировал характер каждого из участников той ситуации. Вспыльчивый Рой Кин желал набить морду Алану Ширеру, бросившему оскорбление в его адрес, но форвард Ньюкасла, в свою очередь, стоял в стороне. Он не отдалялся от ирландца в страхе, он не симулировал мучительную боль и не просил о помощи – в тот момент спокойное и хладнокровное поведение сделало Алана победителем схватки характеров и нервов.

Была ли драка после матча? Об этом с радостью мог бы рассказать Кин, выйди он из нее гордым победителем. Другой возможный источник информации, коим является Ширер, - он как закрытая книга. Алан никогда не станет выставлять напоказ "грязное белье".  Пожалуй, только раз Ширер позволил себе по-настоящему нелицеприятные комментарии в адрес другого игрока – когда признался, что крепко напился, прочитав новость о возможном возвращении на Сент-Джеймс Парк Крейга Беллами.

Такая отчужденность, скрытость и внешнее безразличие, как подтверждает история, удел больших бомбардиров. Наверное, это логично: футболисты подобного амплуа, забивающие десятки и сотни мячей, слишком много говорят на футбольном поле, и могут себе позволить молчать за его пределами. Подобных тому примеров можно найти массу, но вот Алан Ширер – он  самый-самый.  Потому что, если быть откровенным, в последние лет двадцать в Англии не было бомбардира подобного масштаба – не было другого такого, как Алан.

Он слишком много лет отдалялся от СМИ, но в конце концов стал частью общей медийной машины – аналитиком передачи Match Of The Day. Ширеру здорово достается от критиков за проколы в эфире, и особенно он пострадал совсем недавно, когда назвал Бен Арфа "неизвестным для нас футболистом". Люди с особо воспаленным чувством юмора начали давать советы Алану  как начинающему пользователю компьютером – дескать, по нему стучат руками, а не головой.  Оцените иронию, ведь именно блистательная игра головой сделала Ширера главным человеком в истории Сорок, знатным форвардов в истории сборной Англии и самый выдающимся нападающим в истории Премьер-Лиги. 

…Отборочный турнир к чемпионату мира во Франции начался с сенсации. Английская пресса перебирала имена возможных кандидатов на право носить капитанскую повязку. Назывались имена Адамса, Симэна, Инса и многих других, но почему-то никто не вспоминал про Ширера.  Алан никогда не был человеком, кричащим в раздевалке и ни в одном из своих клубов не побывал в роли безоговорочного лидера, но Гленн Ходдл перед стартом кампании вызвал Ширера к себе, чтобы задать прямой вопрос. Глен даже не договорил, как форвард выпалил: "Да, готов". 

Даже в самых дерзких мечтах Ширер не мог представить себя капитаном сборной, который выводит лучших игроков страны на переполненный Уэмбли.  Он с детства был достаточно амбициозным, но боялся четко ставить цели и задачи – просто ловил каждую возможность проявить себя и, что немаловажно, всегда слушал старших. 

Понятно, что коренной джорди Ширер мечтал выступать в составе Ньюкасла, но когда в пятнадцать лет получил предложение перебраться в молодежную команду Саутгемптона, ни секунды не сомневался.  Он был совершенно недалеким парнем в школьных науках, а если сказать по существу – единственное, чем он жил, был футбол.  Тем не менее Алан не имел никакого морального права отказать Святым, ведь это был его большой шанс заиграть и возможность полностью отдать себя любимой игре, не тратя время на школу. 

Он благодарит за то воспитание, которое дал тогдашний тренер молодежи, а в будущем – менеджер Сотона Дэйв Меррингтон.  Нет, Ширер определенно не хотел бы вернуться в то время, но не может не признать действенность методов школы Саутгемптона.  Юных футболистов не только изматывали на тренировках с девяти утра до пяти вечера, но и заставляли отмывать раздевалку и чистить бутсы для игроков первой команды. Ширер, как и его партнеры, плевались , но тешили себя надеждой, что рано или поздно это перерастет в нечто большое. Ширер колотил голы в юношеских соревнованиях, а его тренеры и партнеры только удивлялись – как у 16-тилетнего мальчишки могут быть ноги здорового мужика, притом, что в остальном Алан выглядел совершенно естественно для своего возраста.

Меррингтон рекомендовал Алана менеджеру Саутгемптона Крису Николлу, и тот не мог не прислушаться. Ширер уже посидел на скамейке запасных в матчах против Челси и Оксфорда, а в день домашней игры против Арсенала во время обеда к Ширеру подошел сам Николл и сказал: "Сегодня ты играешь". Дэнни Уоллес получил травму, и Николл посчитал, что лучшей заменой скоростному вингеру станет молодой парень с крепким поставленным ударом огромной силы.  Ширер метнулся к телефонной будке, чтобы сообщить радостную новость родителям, которые, увы, физически не успевали приехать на матч.  Потому единственным человеком, поддерживавшим Алана на той игре, была его девушка Лэйна – через три года они сыграют свадьбу, и за Ширером навсегда закрепится реноме семейного человека.

Можно только представить, какие ощущения испытывали вместе с Аланом все близкие ему люди, когда он покидал поле. Трибуны ревели от счастья – у них появился новый герой. Семнадцатилетний парень оформил хет-трик и всеобщее ошеломление таким дебютом лучше всего иллюстрирует пример Тони Адамса. Защитник Арсенала остался дома из-за травмы, а в центре обороны Канониров рядом с неудачливым Гасом Сезаром сыграл полузащитник Майкл Томас. Тони следил за поединком, который закончился победой Святых 4:2, с помощью телетекста, а когда трижды появилась фамилия Ширер, он недоумевал: "Это не Данкан ли, который играл за Челси? Алан? А это еще, черт возьми, кто такой?!"

В тот же день родился и его всем известный способ праздновать взятие ворот. Когда Алан ударом головой поразил ворота Джона Лукича, ошеломленный и слегка растерянный Ширер, никогда не игравший перед такой огромной аудиторией, пронесся вдоль боковой линии с поднятыми вверх руками.  

Доверие Меррингтона, а затем Николла очень много значило для Ширера, как и доверие любого тренера на протяжении всей его карьеры. Алана тяжело назвать конфликтным игроком – другое дело, что в Блэкберне и Ньюкасле он был несомненным героем трибун, их кумиром номер один, что наверняка могло смутить кого-то из менеджеров. Так было с Руудом Гуллитом, работавшим в Ньюкасле.  Незадолго до своего ухода из команды, голландец усадил Ширера на скамейку запасных, и мало у кого оставались сомнения – дело не в форме нападающего, а в его отношениях с менеджером.

В сентябре 1999 года Ньюкасл принял сэр Бобби Робсон. Великий менеджер вернул игрокам уверенность в себе, вернул в стартовый состав и самого Ширера. В первой домашней игре под руководством Робсона Сороки уничтожили Шеффилд Уэнсдей со счетом 8:0, а Алан забил пять мяей. В тот день была реанимирована и его собственная карьера, и имя Ньюкасла, через несколько лет снова выступавшего в Лиге чемпионов.

Для любого джорди Ньюкасл значит больше, чем жизнь. В промышленном городе живут работяги, вкалывающие с понедельника по пятницу, чтобы в четверг забрать свою зарплату и на выходных сходить на матч любимой команды, либо посмотреть игру в пабе.  Герои местных жителей, как правило, под стать им самим: Ширер, выросший в рабочей семье, идеально подходил на эту роль. Его отец по-прежнему работал на заводе, хотя прекрасно знал, что мог  покинуть это дело и спокойно наслаждаться жизнью благодаря успехам сына на футбольном поле. "Он привык жить так, как и все люди здесь. Отец по-прежнему работает, чтобы в субботу пойти в паб и посмотреть игру Ньюкасла с друзьями", - рассказывает Ширер.

Регулярно участвующий в благотворительных акциях  Ширер не стесняется и простой воспитательной работы, потому с радостью откликается на предложения посетить какую-нибудь местную школу.  По рассказам очевидцев, в момент, когда Алан заходит в актовый зал, на ноги встают не только дети, но и учителя, а общий восторг и шум не утихает на протяжении получаса.  Это тоже часть местной традиции: герои и кумиры для болельщиков Сорок значат больше, чем завоеванные трофеи, о которых здесь давно забыли.

Ширер не выиграл ни единого командного приза в составе Ньюкасла, и только с Блэкберном стал чемпионом Англии.  Он дважды проиграл финал Кубка Англии, что до сих пор отдает ноющей раной в его сердце.  "Те, кто говорит, что выйти в финал и просто сыграть там – замечательно, просто лгуны. Это замечательно только в том случае, если ты этот финал выиграл".

В его карьере была одна серьезная травма. Случилось это в июле 1997-го во время предсезонного матча с Челси – по прогнозам врачей, Ширер мог вернуться на поле лишь в марте следующего года – и это в лучшем случае. Ему было страшно смотреть на свою лодыжку до и после операции, а его жизнь, несмотря на постоянное участие во всевозможных акциях и рекламных кампаниях, на тот момент буквально остановилась. Как и многие люди, посвящающие свою жизнь исключительно футболу, Алан не мог найти себе места и умирал со скуки.

Его успокаивали письма фанов, приходившие на его почтовый адрес ежедневно. В конце концов  он понял, что его травма на фоне проблем некоторых других людей не стоит того, чтобы отчаиваться. Ширер редко афиширует свою благотворительную деятельность, но тот факт, что именно он возглавил после смерти своего самого любимого тренера и друга сэра Бобби Робсона фонд, помогающий больным раком, говорит о многом.  

Ширер известен как великолепный финишер, игрок штрафной зоны, но, выступая в Саутгемптоне, он был прекрасным распасовщиком – забивал меньше, но регулярно демонстрировал свои умения действовать на позиции "форварда-помощника". Легенда также гласит: Ширер на футбольном поле был не просто груб, а намеренно ломал игроков.  Алан, очень спокойный в раздевалке команды и за пределами поля, всегда до последнего отстаивал свои права на футбольном поле, требовал от арбитров показать желтую карточку сопернику и незлым тихим словом был способен обидеть защитника.  "Да, покричать на поле я люблю".

Имидж слишком хорошего и идеального героя Тайнсайда несколько раз пыталась разрушить пресса, обвиняя форварда в неуважении к собственным болельщикам. Однажды Ширер оформлял номер в гостинице, когда к нему подошла женщина, попросившая у Алана автограф. Он ей не отказал,  но был слишком занят, а потому пообещал расписаться после оформления номера.  Ширер поднялся наверх, там уже возникли какие-то проблемы с обслугой и Алан попросту забыл о своем обещании, данном женщине, в итоге простоявшей в холле целый час. Уже вечером она позвонила на местное радио, и Алану пришлось искать оправдания.  На самом деле, он никогда не оставляет в стороне поклонников, потому что знает - для многих из них он кумир и пример для подражания, но угодить абсолютно всем невозможно физически. "Как-то раза девушка попросила расписаться у нее на груди. Не смог", - признается Алан.

Зато он без лишней скромности признает, что лучший гол, который видел в своей жизни, забил он сам.  Речь о мяче в ворота Эвертона в декабре 2002 года. Как писали историки Ньюкасла, именно в этом голе был весь Ширер – решительный, с отменным голевым чутьем и сильным крепким ударом.  Амеоби сбросил мяч головой, Алан сделал замах и из-за пределов штрафной перебросил снаряд через вратаря. Его рука поднята вверх, на его улице улыбка, а на Сент-Джеймс Парк мгновение счастья – наверное, это идиллия для Ньюкасла.

Вопреки прогнозам, после той травмы Ширер вернулся на поле не весной, а уже в январе. Это был домашний матч против Болтона, и за завтраком менеджер Сорок Кенни Далглиш спросил Алана о его самочувствии. "Все нормально, босс". 

На самом деле все было великолепно. Зайдя в раздевалку перед игрой, Алан увидел висящую в шкафчике футболку с девятым номером на спине. В ту минуту он забыл о травме, из его головы вылетели все проблемы, и даже предстоящая игра перестала волновать Ширера. Он только лишь молвил, тихо и про себя: "Как же мне этого не хватало".  Ну а когда "девятка" появилась на газоне  Сент-Джеймс Парка, та же мысль родилась в головах всех болельщиков Ньюкасла – для них Ширер был и остается не просто одним из тех, кто носил этот номер на спине. Для них именно он – идеальный герой Тайнсайда.

Иван Громиков, специально для Бей-беги






История британского футбола в статьях