Форест Клаф (часть вторая)


Все статьи сайта




Football.ua в рамках спецпроекта Бей-беги рассказывает о чемпионстве легендарного Брайана Клафа с Ноттингемом.
Клаф с игроками поет песню в автобусе, фото dailymail.co.uk КЛАФ С ИГРОКАМИ ПОЕТ ПЕСНЮ В АВТОБУСЕ, ФОТО DAILYMAIL.CO.UK23 АПРЕЛЯ 2010, 11:58
Часть 1

Весной 1977 года Ноттингем с третьего места поднялся в элиту, однако, по мнению Клафа, главное событие случилось чуть раньше. 

В декабре 1976 года Ноттингем завоевал трофей, который многие и трофеем-то не считают – Англо-шотландский Кубок. Два финальных поединка, по сумме которых Форест обыграл лондонский Ориент (1:1, 4:0), посетило меньше двадцати тысяч зрителей. Это событие осталось почти незамеченным – газеты пытались разобраться в причинах самого крупного за более чем десять лет поражения Ливерпуля (1:5 от Астон Виллы) и обсуждали подробности перехода из Сток Сити в Арсенал яркого, но сложного полузащитника Алана Хадсона. Никому не было никакого дела до какого-то там "Кубка Микки Мауса". В самолете, который в мае 1978 года возвращал Ноттингем из Мюнхена с Кубком чемпионов, Клаф говорил, что ни одна победа не имела такого положительного эффекта, как успех в Англо-шотландском Кубке. Он мог сколько угодно рассказывать своим игрокам, какие они великие мастера, но именно тот трофей дал возможность им почувствовать вкус настоящей победы. "Многие из них ничего и никогда не выигрывали, а потому не знали, что это такое. Свои будущие трофеи мы завоевали именно тогда, в финале с Ориент. И я, черт возьми, говорю очень серьезно!"

Если сравнить составы обладателей Англо-шотландского Кубка и Кубка чемпионов, можно увидеть в обоих списках восемь фамилий: защитники Вив Андерсон, Фрэнк Кларк и Ларри Ллойд, полузащитники Джон Макговерн, Иан Бойер, Джон Робертсон и Мартин О'Нил, нападающий Тони Вудкок. 

То, как Клаф и Тейлор собирали легендарный состав, давно стало классикой. Что характерно, они не очень-то изменили костяк команды, сделав только самые важные, но отнюдь не дорогие приобретения. 

Левый защитник Фрэнк Кларк получил в Ньюкасле статус свободного агента. Ему исполнилось 32 года, и он собирался доигрывать в Донкастере, когда появился Клаф. Кларк вдохновился настолько, что даже забил свой первый гол в чемпионате – Брайан выпустил его на замену в центр нападения. Непредсказуемость в словах и поступках – именно это было одной из самых сильных сторон характера Клафа как менеджера. Он умел принимать нестандартные решения, умел видеть суть событий и характеров, потому-то понял, что ветеран Кларк, большой любитель бренчать на гитаре, отнюдь не отработанный материал, он именно тот, кто поможет сплотить коллектив и создать особую атмосферу. 

Здоровый центральный защитник Ларри Ллойд выступал за Ливерпуль и трижды сыграл за сборную Англии. Затем он перебрался в Ковентри. Это могло означать только одно – как игрок Ллойд закончился, тем более что в Ковентри он не столько играл, сколько баламутил воду. В октябре 76-го Питер Тейлор убедил, что всего за 60 тысяч фунтов Ноттингем получит непроходимого защитника. За месяц до того он же рассмотрел в нападающем Бирмингема Питере Уите то, на что никто не обращал внимания – жуткое желание не самого талантливого в мире игрока добиться настоящего успеха. Уит даже играл в Южной Африке, пытаясь заявить о себе, но ему нужны были Клаф и Тейлор, которые поверили в него и получили за 42 тысячи фунтов форварда, способного играть и в первом дивизионе, и, как показал опыт Питера в Астон Вилле, в Европе. 

Перед началом сезона в элите Клаф сделал только одно приобретение, которое, конечно же, вызвало недоумение. Вроде бы в Ноттингеме не могло быть претензий к нападающим, ведь Уит и молодой Тони Вудкок со своей работой справлялись, а в запасе был Джон О'Хейр. И тем не менее Форест отдал 150 тысяч фунтов за форварда Бирмингема Кенни Бёрнса, который забил в сезоне 1976/77 19 мячей. Недоумевал и сам Бёрнс, пока не поговорил с Клафом. Тот огорошил Кенни заявлением: "Я купил тебя, чтобы ты играл в обороне рядом с Ллойдом!" Тейлор оказался прав – мимо этих двоих никто не проскочит. "Чтобы создать надежную оборону, нужно поставить двух здоровых ублюдков в центр", - соглашался Клаф. Репутация Бёрнса не очень-то волновала. Он был дурно воспитан, вернее, как не без оснований предполагал сам Клаф, вообще не имел никакого воспитания, ездил на обшарпанном автомобиле без страховки и лицензии, играл на скачках и был груб с женой. Клаф навел порядок в его голове, не изменив его стиля: "Соперники отлетали от Кенни, как от стены. Он лупил их направо и налево. Кому могла прийти в голову идея ставить его в нападение?!"

В первом матче сезона Ноттингем гостил на поле Эвертона. Сезон 1976/77 Ириски завершили в середине таблицы, в переигровках упустив возможность завоевать оба Кубка (в полуфинале Кубка Англии сильнее оказался Ливерпуль, а в финале Кубка Лиги – Астон Вилла). Крепкая команда (по итогам сезона Эвертон займет третье место), но новичок, показалось, даже не заметил соперника. Бёрнс и Ллойд в центре обороны действовали спокойно и четко, допустив лишь одну ошибку перед самым перерывом. Но к этому моменту Лесники уже забили два гола, удачно сыграв после розыгрышей угловых (Уит, Робертсон). Во втором тайме О'Нил добил удар Роббо и принес победу – 3:1. 

Ноттингем действовал в этом матче смело и со знанием дела, ничуть не смущаясь по поводу "нового уровня" и "класса соперника". Клаф не очень много внимания уделял противникам, больше думая о том, как использовать сильные качества своей команды. Когда в следующем матче с Бристоль Сити сопернику удалось нейтрализовать Робертсона, Брайан дал тому команду перебраться на правый фланг. И всего-то, но именно там Роббо в конце поединка заработал штрафной, после подачи которого Уит принес Лесникам еще одну победу. Дубль Уита и гол Робертсона помогли Клафу с Тейлором совершить сладкую месть над Дерби (3:0), и после трех туров новичок оставался единственной командой, которая не теряла очки!

Разгром в матче Кубка Лиги, учиненный Вест Хэму (5:0; О'Нил, Бойер-2, Вудкок, Уит), еще больше поднял настроение, потому поражение от Арсенала (0:3) стало своего рода холодным душем. Последовавшая победа в гостях над Вулверхэмптоном (3:2; Уит, Бойер, Вудкок) окончательно убедила Клафа в том, ему нужен вратарь Питер Шилтон. 

Нельзя сказать, что 20-летний Джон Миддлтон был так уж плох. В конце концов на тот момент он считался основным в молодежной сборной Англии, однако Клаф, как бывший нападающий, прекрасно знал разницу между хорошим вратарем и великим. Руководители клуба с удовольствием разглядывали таблицу, где после трех туров Ноттингем держался на третьем месте, уступая всего лишь очко Ман Сити и Ливерпулю. Клаф просил посмотреть в графу "пропущенные мячи": Ливерпуль пропустил только один мяч, Ман Сити – два, зато Ноттингем – шесть! Переговоры со Сток Сити и самим Шилтоном набрали новый оборот.

Шилтон переживал не лучший период в своей жизни. Ему было уже 28 лет, он не выиграл ни единого трофея, а сезон 1976/77 начал со Стоком во втором дивизионе. Питер, проваливший знаменитый отборочный матч чемпионата мира с поляками, когда по его вине соперник забил нужный для выхода из группы гол (1:1), безоговорочно уступил место в воротах сборной Рэю Клеменсу из Ливерпуля. За три года Шилтон сыграл в сборной всего три раза, да и то в далеко не самых важных матчах. Но Клаф понимал, что Шилтон остается классным вратарем, которому просто нужна классная команда. "Одна из самых больших глупостей, засевшая в директорах футбольных клубов, связана с недооценкой важности вратаря, - жаловался Клаф. – Они всегда ворчат, если нужно платить хорошие деньги за кипера. Но ведь вратарь высокого уровня способен принести команде 18 очков за сезон, а это – разница между выигрышем и невыигрышем чемпионата, вылетом и сохранением прописки…"

В общем, Клаф выбил у клуба рекордные 270 тысяч фунтов, сумев с третьей попытки подписать Шилтона (ему не удалось это в Дерби и в Лидсе). Сток Сити, испытывавший серьезные финансовые проблемы, согласился быстро, а вот переговоры с Шилтоном затянулись. В Стоке он получал 22 тысячи фунтов в год, но Клаф предложил ему на 7 тысяч меньше. Брайан знал, чем шантажировать вратаря сборной Англии – в первом матче сезона Шилтон играл на убогом стадионе Мансфилда, что не могло подействовать  удручающе. Впоследствии Клаф скажет, что понял – Шилтон станет его вратарем, когда увидел календарь нового сезона и место первого матча Стока. "Не забывай, засранец, что ты играл в Мансфилде, пока я не подписал тебя, в долбаном Мансфилде! Ты хочешь вернуться туда?" - впоследствии этот прием Клафа в отношениях с Шилтоном действовал безотказно. В конце концов Брайан поднял Питеру зарплату, но все равно дал ему меньше, чем тот просил – 20 тысяч фунтов в год. Иначе Клаф не был бы Клафом. "Я дал ему то, без чего его карьеру никто не назвал бы успешной – медали", - но Брайан также не уставал повторять, что чемпионство сезона 1977/78 стало в большей мере заслугой Шилтона. 

"Питер ушел из Лестера, потому что клуб не покупал сильных игроков, а Сток оставил из-за беспорядка в самом клубе, - писал Данкан Хэмилтон. – Клаф дал ему возможность играть рядом с сильными игроками в клубе, где все подчинено строгому порядку". В дебютном матче на поле одной из своих бывших команд – Лестера – Шилтон сыграл на ноль, а Лесники одержали убедительную победу со счетом 3:0 (О'Нил, Вудкок, Робертсон). Клаф и Тейлор обожали клин-шиты, и Шилтон обеспечивал им это. Ноттингем вовсе не исповедовал закрытый стиль игры как единственный метод успеха, однако – и это факт – любая команда гораздо увереннее чувствует себя в атаке, когда знает, что тылы не подведут. Пропустив шесть мячей в пяти матчах с Миддлтоном, следующие шесть пробоин Лесники получили аж в 13-ти поединках чемпионата. В октябре Миддлтон отправился в Дерби как часть платы за еще одного хорошо знакомого  Клафу и Тейлорум игрока – полузащитника Арчи Геммилла.

В девятом туре Ноттингем разгромил Ипсвич со счетом 4:0 и единолично возглавил турнирную таблицу. Как оказалось, до конца сезона. Все четыре мяча в ворота Трактористов забил Уит, после чего столкнулся с традиционной непредсказуемостью Клафа. Как водится, герой матча забрал себе мяч, но Клаф потребовал сдать "трофей": "Ты получишь его, когда научишься им пользоваться!" Конечно же, это был психологический ход, непревзойденным мастером которых слыл Брайан. Он строго следил, чтобы ни один из его игроков не отрывался от земли, но никогда не перегибал палку – в тот же вечер Уит все равно получил свой мяч.

В ноябре Форест выступил крайне неудачно, потерпев два поражения со счетом 0:1. И если неудача на поле Челси была просто обидна, то пощечина от Лидса на Элланд Роуд стала для Клафа крайне болезненной. Однако это поражение оказалось для Ноттингема последним в чемпионате, и до самого финиша (26 поединков) Форест разве что позволял себе играть время от времени вничью. Первое в истории чемпионское звание Лесники оформили на поле Ковентри, когда им оставалось сыграть еще четыре матча. Игра завершилась нулевой ничьей, героем матча назвали Питера Шилтона – в том чемпионате на его счету оказалось 22 "сухих" поединка из 37-ми. Впрочем, нельзя не отметить и Джона Робертсона, который вместе с Питером Уитом стал лучшим бомбардиром команды в чемпионате – 12 мячей. Роббо также отдал 18 голевых передач.

Кроме чемпионского звания, Ноттингем завоевал Кубок Лиги. Путь в этом турнире примечателен тем, что Шилтон не имел права играть за Форест, успев защитить ворота Сток Сити на ранней стадии. Так как Джон Миддлтон команду покинул, Клафу ничего не оставалось, кроме как довериться 18-летнему Крису Вудсу. "По этому поводу я не переживал нисколько, - уверял Брайан. – Стив Пауэлл в моем Дерби как-то вышел против Ливерпуля в 16 лет, а тут парню было на два года больше – настоящий чертов ветеран!" Вудс не только не подвел, но и стал подлинным героем финальной битвы с Ливерпулем, удерживая ворота на замке на протяжении 210 минут. Единственный гол со спорного пенальти в переигровке забил Джон Робертсон. 

И это было только начало.

Алексей Иванов, специально для Бей-беги






История британского футбола в статьях